Такие новомодные словечки, как «фейк», давно вошли в лексикон. Не только разговорный, но и в СМИ. Понятное дело, многим это не нравится, а некоторые и вовсе, прочитав заголовок, поспешат переключиться на другой материал в сегодняшнем номере. Но не спешите с выводами. Хотим мы того или нет, тенденции, обозначаемые вот такими словами, касаются каждого из нас.

Поводом для очередного рассуждения, послужило сообщение в одной из популярных групп не менее популярного мессенджера среди населения нашего района. И содержание его привлекало внимание кричащим заголовком «По просьбе Администрации школы!». В тексте чуть ли не требование распространить информацию в родительских группах соцсетей, иначе может случиться непоправимое и, разумеется, запредельное обилие восклицательных знаков. А чтобы отпали сомнения в серьезности послания, текст шел от имени педиатра.

Содержание было следующим (с максимально возможным сохранением стилистики и пунктуации): «Вчера в реанимации в инфекционке умер мальчик. На выходных он выпил тархун (в стекле). Поднялся билирубин, интоксикация, 2 дня комы, спасти не удалось! Говорите с детьми, объясняйте: там сейчас лежит девочка — ситро (стекло, марку не помнит), под капельницами с пятницы. Обошлись без реанимации. Как сказала врач, там пол-отделения с теми же результатами после энергетиков. Распространяйте и предупреждайте!»

Далее шел длинный перечень опасных товаров специально созданного «черного списка».

Присутствовала и отсылка к «экспертному мнению». «Недавно в российских СМИ публиковалась информация о том, что РАМН обнаружил в детских йогуртах /название опустим/ этиленогликоль — один из самых опасных канцерогенов, вызывающих рак печени и желудка». А также были использованы обращающие на себя обороты «внезапный рост подростковой смертности в России» или «подобная информация держалась в строгом секрете». И постоянное напоминание рассказать об этом друзьям, распространить информацию всеми возможными способами.

Как тут остаться равнодушным, когда опасность рядом?

Только после первоначального всплеска эмоций наступило осмысление прочитанного. Во-первых, непонятно, администрация какой школы выступила с такой просьбой и кто этот педиатр. Во-вторых, если бы умер ребенок, второй находился в реанимации, а половина инфекционного отделения отравилась некими напитками, об этом знали бы все и уже, как минимум, шли бы проверки на наличие в продаже указанных в «черном списке» товаров.

Вот только главный вопрос для меня так и остался без ответа. Для чего это было нужно? Очернить продукцию конкретных производителей и побудить покупать у их конкурентов или посеять панику среди населения «по приколу»? Истинные причины знают те, кто писал это сообщение, а мы просто должны жить своим умом.

Дмитрий Махомет